Точка зрения, Эхо

Новая функция ЕСПЧ могла бы быть полезной Азербайджану

Эльдар ЗЕЙНАЛОВ, директор Правозащитного центра Азербайджана

Европа продолжает совершенствовать свою Конвенцию о защите прав человека и основных свобод (ЕКПЧ). Принятый как самое последнее достижение в области прав человека еще в ноябре 1950 года, этот документ был изменен уже в марте 1952 года.

Тогда был принят Первый («Дополнительный») протокол к ЕКПЧ, столь популярный в постсоветских странах ввиду статьи 1, защищающей право собственности, и статьи 3 о праве на свободные выборы. С тех пор число протоколов к Конвенции все росло. Одни что-то в ней меняли, другие заменяли предыдущие.

12 апреля Франция депонировала документ о ратификации ею очередного, уже 16-го по счету протокола. Ввиду этой десятой ратификации, Протокол N16 вступит в силу уже 1 августа. Отмечу, что с осени 2013 года уже 10 стран ратифицировали Протокол, включая наших соседей — Армению и Грузию. Еще 9 стран подписали, но не ратифицировали его.

В то же время подавляющее большинство членов Совета Европы, включая и наш Азербайджан, пока воздерживаются и от подписания, и от ратификации. В числе «отстающих» — не только страны бывшего соцлагеря, но и Германия, Австрия, Бельгия, Швейцария и пр.

Что дает новый протокол? Он нагружает Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) еще одной, консультативной функцией. Так, высший суд страны-участника СЕ может запросить у ЕСПЧ мнения по вопросам, относящимся к толкованию или применению прав и свобод в связи с конкретным делом, которое рассматривает этот суд.

Для принятия этого запроса Евросудом, национальный суд должен его обосновать, а также представить Страсбургу правовые и фактические обстоятельства этого дела. Вопрос приемлемости запроса решается так же, как и при жалобах в Большую палату ЕСПЧ, т.е. «Панелью» из 5 судей.

Если Панель посчитает запрос приемлемым, то он передается в Большую палату, состоящую из 17 судей. В случае отказа, он должен быть письменно обоснован. И Панель, и Большая палата в этом случае обязательно включает судью из обратившейся за мнением ЕСПЧ страны.

При рассмотрении запроса от национального суда, правительство этой страны, а также Комиссар по правам человека СЕ смогут представить письменные комментарии и участвовать в любых слушаниях по этому запросу. В интересах надлежащего судопроизводства президент ЕСПЧ может пригласить любую другую страну-участника или отдельного человека представить свои письменные комментарии или принять участие в любом слушании.

Вынесенное совещательное мнение доводится до запросившего его суда, причем, в случае отсутствия единогласия судей, оставшиеся в меньшинстве судьи могут выступить с собственным отдельным мнением. Текст вынесенного мнения публикуется ЕСПЧ.

Весьма существенно, что высказанное ЕСПЧ мнение ни к чему не обязывает обратившуюся сторону (в отличие, скажем, от решений Большой палаты по конкретным жалобам против стран-участниц).

Президент ЕСПЧ Гидо Раймонди выразил надежду, что протокол «укрепит диалог» с национальными высшими судами, и назвал ратификацию его Францией «вехой в истории Европейской конвенции», «крупным шагом в направлении защиты прав человека в Европе», хотя и отметил, что это будет «свежим вызовом для нашего Суда».

И причем не единственным вызовом. Ряд стран-членов СЕ сейчас испытают напряженность в отношениях с ЕСПЧ — как в надлежащем исполнении принятых Страсбургом решений, так и в трактовке тех или иных проблем с правами человека.

Так, высший (Конституционный) суд России, воздержавшейся от подписания Протокола N16, не так давно высказался за неисполнение некоторых решений ЕСПЧ, как якобы противоречащих национальным интересам страны. Похожие настроения зреют и в недрах нашего азербайджанского парламента. Едва ли при таком отношении к ЕСПЧ, такие страны будут рассматривать Евросуд как доброго советчика.

Особенно принимая во внимание, что оппонентом в слушаниях по запросу будет выступать такая непопулярная у правительств стран СЕ фигура, как Комиссар по правам человека.

Вместе с тем, новая процедура вполне могла бы помочь адресовать Страсбургу ряд обсуждающихся у нас «вечных» вопросов, например, связанных с реагированием на политизацию ислама или с уточнением юрисдикции в событиях, связанных с Карабахом.

ЭХО НА FACEBOOK: