За рубежом, Эхо

Конец «реформатора Михо»

НУРАНИ

Нужны ли в политике «театральные эффекты» и элементы шоу? Если нужно привлечь избирателей, то без чего-то подобного не обойтись, признают эксперты. Но они же предупреждают: элементы шоу в политике — это все равно, что соль и пряности в кулинарном искусстве. Без них, конечно, пресно, но если «сыпануть» слишком много, то уже ничем не исправить. Как известно, «недосол — на столе, пересол — на спине».

В политической карьере Михаила Саакашвили, сначала президента Грузии, затем — одесского губернатора, а теперь — без пяти минут подозреваемого в деле, где упоминается бежавший в Россию «спонсор» режима Януковича, театральных эффектов, начиная еще с «революции роз», было предостаточно. Но то, что происходит вокруг него сегодня, уже пересекло ту грань, которая отделяет, если угодно, политический театр от пародии на него.

События последних дней здесь, без сомнения, дают изрядную пищу для размышлений. Еще 5 декабря утром в съемную квартиру Саакашвили в Киеве пришли с обысками. Тогда экс-президент Грузии через мансардное окно забрался на крышу 8-этажного дома и угрожал спрыгнуть, если его попытаются задержать. Выкрикивал обвинения и оскорбления в адрес Петра Порошенко, всеми силами пытался привлечь внимание СМИ и единомышленников. В конце концов его задержали на той же крыше. Вывели на улицу, посадили в полицейский автомобиль, но тут вмешались сторонники «Михо». Машину раскачивали, вокруг строили импровизированные баррикады.

В конце концов Саакашвили удалось освободить, и он переместился туда, где уже несколько дней проходит митинг его сторонников — «михомайдан», как иронично именуют его в Киеве. Затем была попытка арестовать его уже на «майдане», но она не удалась. Теперь, как заявил депутат Верховной рады Антон Геращенко, экс-губернатор Одесской области и лидер «Движения новых сил» Михаил Саакашвили попытался прорваться в гостиницу «Киев», чтобы помыться, однако снова был вынужден укрыться в палаточном городке у Верховной рады. По словам Геращенко, сейчас Саакашвили в палаточном городке, из которого он не выходит. При этом депутат заявил, что Саакашвили ответит «за все свои преступления».

За этими театральными перипетиями как-то незаметно отодвинулась на второй план и политическая, и правовая сторона дела. А она как минимум заслуживает внимания.

Здесь, пожалуй, нужно уточнение. К моменту переезда в Украину Михаил Саакашвили уже успел проработать два срока на посту президента Грузии, завоевать себе имидж «реформатора», «демократа» и «борца с коррупцией», задумать маневр с преобразованием своей страны из президентской республики в парламентскую, провести изменения в Конституцию, проиграть решающие парламентские выборы и в конце концов покинуть родную Грузию, где его уже объявили в розыск по обвинению во все той же коррупции.

Впрочем, у Саакашвили еще оставались определенный политический капитал, и неограниченные возможности, живя в США, писать мемуары, выступать с лекциями и интервью. Но Михаилу Николозовичу с его фантастическим самолюбием и феноменальными амбициями очень хотелось реванша. И когда ему предложили пост губернатора Одесской области, согласие последовало очень быстро.

А вот дальше началось нечто неожиданное. Вместо того, чтобы действительно начать «антикоррупционную зачистку», Михаил Николозович отдавал явный приоритет все тому же пиару. И, судя по всему, рассчитывал использовать Одессу как «трамплин» для дальнейшего продвижения во власть. Затем точно так же, как в свое время Саакашвили выступил против Шеварднадзе, в чьем правительстве занимал не последний по важности пост, Михаил Николозович выступил против Петра Порошенко. Затем последовали лишение украинского гражданства, прорыв через границу, «михомайдан», призывы к импичменту, «народные вече»…

В Киеве не без оснований констатируют: с момента незаконного пересечения границы 10 сентября деятельность М.Саакашвили была направлена на планомерное «расшатывание» внутренней ситуации в Украине. Более того, избрав путь открытой конфронтации, Саакашвили даже не попытался защищать свои права и интересы в правовом поле, притом что все возможности у него были, а предпочел конфронтацию, «анархистские» заявления и игру на обострение. Попытки повторить политтехнологии не собственной «революции роз», а киевской Революции Достоинства были очевидны, Но на сей раз они не сработали — не хватило объединяющей идеи.

А вот тут уже надо поподробнее. Для организации многодневного «майдана» нужны палатки. Людей, которые ночуют в палатках, надо кормить, сами палатки надо обогревать, нужны разборная сцена, звукоусиливающая аппаратура и т.д. Все это стоит денег. Конечно, если «майдан» получает широкую народную поддержку, то будут и финансовые пожертвования. А если нет?

И вот тут начинается самое интересное. Понятно, что дестабилизация ситуации в Украине изначально входила в планы «гибридной агрессии» Кремля. Саакашвили представлялся здесь вполне удобным инструментом. Его, конечно, в свое время Путин обещал «повесить за…».

Но сегодня в Киеве уже публикуют результаты следственных действий, в том числе аудио- и видеодоказательства связей между М.Саакашвили и одиозным «кошельком» «Семьи Януковича», фигурантом уголовных дел и санкционных списков С.Курченком. В ходе брифинга генеральный прокурор Украины Юрий Луценко говорил: «За их (Курченко и Януковича — Ред.) деньги Михаил Саакашвили и приближенные к нему лица проводили финансирования инициированных ими акций протеста, целью которых был захват государственной власти в Украине».

По его словам, российская сторона передала политику через посредника полмиллиона долларов на поддержку протестных акций в Киеве. «В целом Саакашвили «набегал» уже на четыре статьи: «Покушение на преступление», «Преступление, совершенное группой лиц по предварительному сговору», «Содействие участникам преступных организаций» и еще одно дело заведено за захват гостиницы», сообщает «Сегодня». 4 декабря 2017 года совместными усилиями работников ГПУ и СБУ С. Дангадзе был задержан в одной из центральных областей Украины при попытке бегства за границу. При нем была изъята часть денег, полученных от курьера С. Курченко.

В тот же день С. Дангадзе было объявлено подозрение в совершении преступления, инкриминируется ст. 256 УК Украины (содействие участникам преступных организаций и сокрытие их преступной деятельности).

На первый взгляд, Саакашвили в роли «агента Кремля» смотрится не ахти как убедительно. Но…

Юлиан Семенов в своей книге «Бриллианты для диктатуры пролетариата» высказал прямо-таки шокирующе-спорную мысль. По его мнению, «если персонифицировать историю, то обнаружатся такие подспудные обстоятельства, которые, казалось бы, противны здравому смыслу. На первый план в этом случае могут выйти личные симпатии и антипатии, возрастные явления».

Звучит на первый взгляд парадоксально. Казалось бы, политикам по штату положено уметь собирать в кулак эмоции, не поддаваться личным впечатлениям и действовать, ставя во главу угла интересы своей страны. Но сегодня уже почти что классикой политологии становится история Фиделя Кастро. В первые месяцы после своей победы на Кубе он, по отзывам современников и оценкам аналитиков, вовсе не производил впечатления убежденного коммуниста и сторонника превращения Кубы в «Аврору», причалившую к Америке».

Как напоминает Би-би-си, Кастро приезжал в Америку в апреле 1959 года и не без оснований рассчитывал установить крепкие дипломатические отношения. Еще раньше правительство Эйзенхауэра наложило эмбарго на продажу оружия режиму Батисты на Кубе, и вся кубинская буржуазия, промышленники, поддерживали Кастро, еще когда он воевал против режима Батисты. Но, когда Кастро приехал, Эйзенхауэр его не принял в Белом доме. Это была суббота, президент отправился играть в гольф, а на переговоры с Кастро послал Никсона. Будущего «команданте» принимали даже не через главный вход. Никсон и назвал Кастро в своей записке «опасным». Результат известен: отношения между Кубой и США рухнули «ниже плинтуса», первые шаги к их нормализации делаются только теперь.

И точно так же нелишне вспомнить, как в 2006 году Юлия Латынина, которая и не скрывала своих симпатий к Саакашвили, по горячим следам запрета «Боржоми» и грузинского вина писала: «Что вообще случилось между Россией и Грузией? Как оказалось, что страна, в которой свергли антироссийского Шеварднадзе, жившего на американскую помощь, страна, новый президент которой молился перед встречей с Путиным, страна, в которую министром экономики назначили Каху Бендукидзе (что в переводе значило: русские, придите и купите нас), — как получилось, что окружение Путина объявило именно этой стране вендетту?»

В переводе: тогда Саакашвили вовсе не позиционировал себя как отчаянно прозападный политик. Да, он пытался сыграть — и сыграл! — на раздражении грузинских избирателей коррупцией и непотизмом, заручился симпатиями Запада, но вот вначале в его команде, например, наличествовала Нино Бурджанадзе, которая сегодня едва ли не готова простить Москве захват Абхазии и Южной Осетии, да и с Иванишвили отношения вначале были вполне себе ничего.

И вот теперь, после «революции роз» и пятидневной агрессии, старые связи, похоже, сработали. И хотя события еще «в процессе», нет сомнений: нынешняя драма в Киеве ознаменовала собой «конец реформатора Михо». Саакашвили, попытавшись использовать Одессу как плацдарм не то для реванша на грузинском поле, не то для захвата власти уже в Украине, растерял последнее, что у него было — политический бренд имени себя. И, похоже, окончательно и бесповоротно.

ЭХО НА FACEBOOK:

Loading...